my account

login password

Лабиринты "Хижины"

По страницам книги Уильяма Пола Янга «Хижина» (The Shack)

Истина оказалась у каждого в собственной голове.

Идеал объективной истины исчез...

Френсис Шейфер,

«Как же нам теперь жить?»

Продолжение. Начало читайте в предыдущем номере.

Да, без любви ребенок может даже погибнуть. Но и вседозволенность и свобода для незрелой и предрасположенной ко греху личности – страшное искушение. Не потому ли, циничные, распущенные подростки-бунтари, не признающие никаких авторитетов и не боящиеся наказания – заполняют наши школы и улицы? Ребенку нужно явить не только любящего, прощающего и поощряющего Бога, но и Бога строго взыскивающего за преступления, и наказывающего непокорных. Классический бестселлер доктора Добсона «Не бойтесь быть строгими» - как раз об этой «золотой середине» и говорит. «Вседозволенность не просто не работает в качестве подхода к воспитанию детей. Она вызвала катастрофические последствия для тех, кто попробовал ее на практике», - утверждает Джэймс Добсон. Родительская и Божественная строгость – кардинально отличается от порочной суровости и насилия. Безусловная любовь и разумный контроль (дисциплина) – это именно то, что нужно для счастья ребенка.

Не предлагает ли «Хижина» - «сладкий» образ Бога, который завладел не только сердцем Мака, но и вызвал восхищение и у либералов, и у социалистов (The New York Times, The Los Angeles Times, и др.)? Ведь библейский Бог, проповедуемый христианством – прямая угроза для современной толерантной ко всем духовным (и прочим) ориентациям культуры. Церковь и Библия - требуют благочестия, чистоты и святости, покаяния и отречения от себя - потому и гнали их всегда, потому и не примали миллионами их Благую Весть... А ведь сторонники новых движений также говорят о Боге, Иисусе, и Святом Духе, но, при этом, они не имеют ввиду библейского Бога. У них свои «светло-странные боги», и «космические принципы». И «созидательное видение», и «ангелы-посыльные», и «собрания света» - все это «новое», призванное исцелить «раны общества» - уже было; и «нет ничего нового под солнцем» (Еккл.1:9).

И мода на инкаунтеры уже почти проходит, а ведь эти психологические методы групповой динамики – также обещали быстрый успех исцеления всем страждущим. Они также предлагались, как некая революционно-таинственная альтернатива традиционному душепопечительству. Но ведь, как выразился один исследователь этого движения, «ограничивать человека уровнем простых ощущений и восприятий — значит возвращать его к инфантильным незрелым реакциям».

Душевная болезнь, вызванная отчуждением, глубоко ранит сердце... По всей видимости, еще в детстве, Маку (автору «Хижины») «показали» лишь строгость, справедливость и суды Бога, но не явили любви, милости и благодати Всевышнего. Отвергнув такой однобоко-искаженный образ Бога, Мак впадет в другую крайность – в его грезах, Бог (Папа) предстанет пред ним, только лишь, как Любовь! «Как просто. Ни секунды утомительного труда и длинного списка требований», - радостно воскликнет Мак. И никакой, по выражению автора «Хижины», «благонамеренной религиозной мути» и всякой там «дребедени». Конкретику же этой «дребени» - книга особенно не уточняет...

Исповедавшись служителю церкви, Мак не учел, что «священник молился вместе с его отцом»... Вероломное предательство пастыря – не просто соблазнит Мака. Всю жизнь он бессознательно будет проецировать искаженный образ священника своего прихода на всех остальных «церковных» людей, а возможно - и на всю систему человеческих институтов/организаций. Преступно-недостойно поступил священник, он не просто рассказал все отцу мальчика, он нарушил священное таинство исповеди. В результате, разъяренный отец начал избивать мальчика, чтобы «привить взбунтовавшемуся сыну уважение к старшим. Почти два дня, привязав Мака к большому дубу, папаша потчевал его то ремнем, то чтением Библии, а когда трезвел, снова прикладывался к бутылке...

Спустя две недели, как только Мак смог ходить, он ушел из дома»... Подростки очень импульсивны и подвержены изменениям настроения (гормональные атаки, биохимические и психические изменения в их организме – дают о себе знать). Да и чисто физиологически – мозг подростка еще не вполне сформирован для принятия трезво-дальновидных решений. У незрелого душевно Мака - не было достаточного опыта, чтобы найти более разумный выход из своей «странной» жизни, и его психика не выдержала. Тогда он не думал, что уходя из дома, он подвергает свою мать еще большим страданиям, а себя обрекает на многолетние скитания по миру...

Обида и ненависть – ослепляют смертельно, и человек ищет мести. Зло – порождает зло, так и возникает порочный круг проклятий и заброшенных «хижин». Мак так возненавидел отца-алкоголика, что решил уничтожить его перед своим уходом, «насыпав крысиной отравы во все бутылки с выпивкой, какие сумел найти на ферме». Самое же страшное заключалось в другом - в глубине своей сердечной «хижины», он унес с собой в жизнь «спрятанный глубоко ядовитый источник». В будущем, у Мака будет много вопросов к Богу-Папе, и в том числе: «Может быть случившееся с Мисси – это Божье наказание за то, что я сделал с отцом?». Тоска по отцу и чувство вины за его смерть – будут мучить Мака. «Если позволишь, Мак, я буду тебе папой, которого у тебя никогда не было», - предложит ему Папа на необыкновенном инкаунтере, в заброшенной хижине... Там же, Маку предоставится возможность «встретиться» и со своей погибшей дочерью, и со своим умершим отцом: «Папа! – закричал Мак и бросился к человеку, который не смел поднять глаза на сына. В реве ветра и огня он обеими руками обхватил голову отца... два человека, рыдая, произносили слова признания и прощения, и любовь, превосходящая каждого из них, исцеляла их». Эта трогательная фантастическая сцена - до слез умиляет сердце...

ТЕМНАЯ СТОРОНА ЖИЗНИ И ВНУТРЕННЕЕ ИСЦЕЛЕНИЕ

Своих «невероятно красивых детей» – Мак будет лелеять и любить беспредельно, пытаясь отыскать путь к их особенным и неповторимым сердцам. Однако трагичное детство, а затем и смерть его любимой дочери – расширит «пропасть во взаимоотношениях Мака с Богом». В церкви – он также всегда будет чувствовать себя «не очень уютно», неприятные ассоциации и комплексы детства будут давать о себе знать. И духовное образование в семинарии, и почти идеальная жена (Нэн), и Библия – не помогут ему, ложные стереотипы детства будут контролировать его сознание. Мак будет находиться в поисках своей новой «духовной родины», и уставши от душевных потрясений - он объявит протест всем «религиозным условностям и стереотипам». Вместе с автором «Хижины», он отправится искать ответы на вопросы бытия не в Библии, а в абстрактно-таинственной «Хижине», там и откроются ему духовные миражи мироустроения. А ведь еще Майкл Гоф писал, что в культуре уже давно начался процесс смещения от «элементов реалистической естественности к преобладанию фантастического и ирреального». Черты библейского реализма - предаются забвению и в совремнной культуре...

Некий скрытый нигилизм и анархизм, сознательное игнорирование библейских «правил», нескрываемый скептицизм к внешним формам, ритуалам и церемониям – станет своеобразным идеалом для главного персонажа и автора «Хижины». Будет складываться впечатление, что автор «Хижины» совсем забыл о том, что живет он - не только в духовном, но и в материальном измерении, а значит форм и «букв», организаций и систем – ему не избежать. Просто форма – должна адекватно выражать содержание, вот и весь секрет... Тело без духа - мертво, но и дух без материального тела – только Там, Наверху.

Все внешнее – манифестация внутреннего, поэтому и дух и душа и тело должны быть «без пятна и порока». Вполне вероятно, что свой горький опыт жизни, свои обиды и горечь, и свое отдаление от Бога - Мак перенесет на все христианство, обвинив всю традиционную религию/церковь/системы в неспособности излечить его искалеченную душу от «хижины». Сработает и «эффект отрицательного ореола» - если общее первое впечатление о человеке/обществе, в силу сложившихся обстоятельств, оказалось отрицательным, то в будущем, даже положительные его качества и поступки или не замечаются вовсе, или недооцениваются на фоне пре¬увеличенного внимания к недостаткам.

«Мак понимал, что влип и воскресные молитвы и гимны ему больше не помогут... Ему уже осточертел Господь, осточертела его религия, осточертели общины верующих, которые никак ни на что не влияли и не стремились ничего изменить». Читая эти строки, доктор-миссионер остановился... Ведь еще задолго до явления «Хижины», Мартин Лютер писал, что «если корень некачественный, из него не вырастет ничего хорошего, а воспитание детей в страхе Божьем и в познании Бога - гораздо важнее паломничества, присутствия на мессах и строительства церквей». Это правда, что современная церковь нуждается в исцеляющей реформации, но к чему же такие резко-самоуверенные заявления и обобщения у «Хижины»? Неужели остался он один (Мак или автор «Хижины»?) - единственно истинный пророк - и его души ищут? Неужели до него все были духовно слепыми? Во все времена были (и есть) истинные церкви и христиане, совершающие море плодотворного труда во имя Господа, изменяющие мир, принимающие сирот и обездоленных, кормящие голодных и лечащие больных, жертвующие собой и даже умирающие за Него!

Ян Гус, Мать Тереза, Билли Грэйм, Альберт Швейцер, и... много других, смиренных и незаметных людей, миссий и организаций... Или они также ни на что не повлияли и «осточертели»? Скажите это тем, кому они спасли жизнь... А возможно это мы, сами, изолировались (в своей «хижине») от животворящего потока Реки Божьей, текущей в Вечность? Нет, «Бог не устал, он шествует вперед»! У Бога еще много людей в этом мире – неоскверненных идолами самоупоения, успеха и процветания! Конечно, миссионер понимал, что Мак отнюдь не отрекается от веры в Бога (Папы), не отказывается он и от Церкви («невесты Иисуса», «личностей, вместе образующих духовный город»). Ведь «любимые его темы – это Бог и Творение». Просто, в заброшенной лачуге-хижине, Бог явится ему в том облике, который будет для него наиболее приемлемым – не грозным Судьей, а любящим Папой, голос которой будет «мягким и нежным». «И ты увидишь и услышишь меня в Библии совсем иначе. Только не ищи правил и принципов, ищи взаимоотношений...» - провозгласит Сарайю (Дух Святой) в «Хижине».

После «внутреннего исцеления» в «Хижине», Мак будет «учиться жить любимым», он будет «надеяться на новую революцию, на сей раз революцию любви и добра, которая в истинном свете покажет нам Иисуса... Действовать будут тихие силы умирания и служения, любви и смеха, простой нежности и невидимой доброты... И в один прекрасный день... каждый из нас опустится на колени и признает властью Сарайю, что Иисус – Царь всего творения, осиянный славой Папы». В конце книги автор бестселлера признался, что его друзья помогли ему отшлифовать первоначальный текст «Хижины», добавив в нее «свои представления о том, как действует Бог». «Я молюсь, чтобы вы обрели ту же милость, какая была дарована мне, и чтобы неизменное присутствие Папы, Иисуса и Сарайю наполнило вашу пустоту невыразимой радостью и ярким сиянием», - пожелает автор читателям «Хижины» в заключении своей книги.

Как же практически осуществить подобное присутствие/взаимоотношения – этот вопрос в «Хижине» останется окрытым. А ведь, как странники и прищельцы на этой земле, мы, порой, встречаем не только яркое сияние «фаворского света», но и на «крест» восходим... Сторонники некоторых современных движений учат: «Ценности суждения не должны быть абсолютными, все относительно... Люби себя... Нет причин для чувства вины... Ты заслуживаешь хорошей жизни... Бог есть любовь...». Такие банальные фразы характерны для них. Пасторы, принявшие идеи подобных движений, питают открытую неприязнь к ортодоксальному христианскому вероисповеданию и поощряют независимость от библейского Бога. Они называют христиан «примитивными людьми», поскольку библейские верующие считают, что к истине ведет только один путь... А ведь, по учению «Хижины», Христос - не единственный путь к Отцу, а просто «наилучший» способ связаться с Ним. В конечном итоге - спасение получат все люди, ведь Бог не может осудить на смерть/ад своих детей, которых любит... – такой вывод можно сделать из диалогов Мака с Папой (учение о всеобщем примирении). «Хижина» эксплуатирует естественные эмоции человека (жалость, сострадание...). В хаосе же современных сверхъестественных течений – мало сказать, что ты разговарил с Богом, нужно еще и уточнить с каким именно Богом...

Продолжение следует.

Печатается в сокращенном виде.

Вы можете почитать полную версию

в интернете по адресу

www.proza.ru/avtor/ecology

Иван Лещук, 2011