my account

login password

Возвращение блудной дочери

Из цикла «Сокровенные исповеди»

Да что же вы стоите? Это же ваш дом, дети мои...

Чингиз Айтматов, «И дольше века длится день...»

 

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Таинство жизни - дети, родившиеся из сердца. Не только генетически, невидимыми духовными нитями, неразрывно и навеки – связаны они с родом своим. Разве можно их разлюбить? Разве можно оставить, забыть, оторвать от себя частицу божественного промысла? Нет, нет... у родителей нет такого морального права – разлюбить ребенка, пусть даже больного и покалеченного, возможно, оставившего отчий дом и скитающегося по миру. Не отрекаются любя, и не предают. Вечно у сердца держат чад своих - подарившие им жизнь отцы и матери. И благоговеют пред этой жизнью, и трепетно охраняют. Подобно Иову, силой ходатайства освящают детей своих (Иова 1:5), уподобляясь Господу - неустанно зовут обратно блудных детей своих... И дети услышат голос сердца зовущего, обязательно услышат! Ведь разве может ребенок не услышать зов родительского сердца? И узрят очи зовущих - детей своих! И «придут в себя» блудные сыновья и дочери, из «дальних стран» устремятся к родному дому (Луки 16:17), и останутся там... навсегда! И как же радостно затрепещут сердца детей и отцов, и как же много ликования будет на небесах (Луки 15:7) - от этого священного единения...

«Первая бессонная ночь... Гнетущая пустота поселилась в нашем доме... Тогда, я все еще надеялся, что уход дочери - это очередные детские «игры». Сердце мое несокрушенное - бунтовало, отказывалось принять реальность разрыва. Мне все мерещилось, что вот-вот - она постучится в дверь или хотя-бы позвонит. В состоянии душевного шока, я метался по дому - как зверь, загнанный в клетку. Жена же - на коленях стояла, к «престолу благодати» обращалась, «была она в скорби души, и молилась Господу, и горько плакала» (1Цар. 1:10). Женское сердце ее - оказалось сильнее меня, ведь она по-настоящему верила, надеялась и любила нашу заблудшую дочь... Никогда не забыть мне - ее материнского зова, во след уходящей дочери прозвучавшего: «Возвращайся! Я буду ждать... Слышишь... Я буду ждать!». Изливая душу свою материнскую, она и за меня молилась. При всей своей женской слабости - проявляла удивительную силу духа: «Смириться нам нужно, и Господь поможет, и вразумит Он нас и направит, и дочь нашу возвратит заблудшую...». Она говорила, а я уже слышал голос Божий, пронзающий сердце мое каменное. Я чувствовал Его присутствие. И ушла суетливость паническая, и мягче стало сердце мое мятежное, и устремилось к Небу, помилование у Господа вымаливать, для себя и для дочери благодати испрашивать...».

«Материнское сердце»... Так называется рассказ Василия Шукшина о матери, делающей все для спасения своего блудного сына... Она «выходила его из последних сил, получив с войны похоронку на мужа, и он крепкий вырос, ладный собой, добрый. Одна беда: как выпьет...». После очередной драки, он оказался в камере предварительного заключения. Сообщили матери... «В глазах её все туманилось и плыло, она молча плакала, вытирая слезы концами платка, но шла привычно скоро...». При встрече с сыном, она «вдруг перестала понимать, что есть на свете милиция, суд, прокурор, тюрьма… Рядом сидел её ребенок, виноватый, беспомощный... - А ты возьми да в уме помолись... Ты, главное, не задумывайся, что все теперь кувырком... Мать встала с нар... и одними губами прошептала: «Спаси тебя Христос»... Шла она по коридору и опять ничего не видела от слез... Знала она, что останавливаться, впадать в отчаяние - это гибель».

«Передаю вам слово души моей, - мой собеседник говорил так, как-будто еще раз переживал то, что уже давно кануло в вечность... - Удивительно работает Господь в нашей жизни. Порой, через великие потери смиряет и приближает нас к Себе, просветляет скорбью. И тогда, совершенно по-иному мы «идем» по жизни... После духовного прозрения я понял, что теперь главное дело, которое я должен совершить – восстановить разорванную семью мою, дочь возвратить заблудшую... Я должен пойти ей навстречу... но куда идти, где искать ее?» - впервые в жизни, он начал постоянно думать об этом. И думы эти - не обременяли его. Великое предназначение открылось ему, а впереди он видел - даль светлую...

Раньше, когда он слышал о подобных семейных трагедиях - все это казалось ему очень далеким. Когда же беда ворвалась в его дом - совершенно по иному ощутил он людское горе. "Земля от коры до центра пропитана кровью и слезами", - писал Достоевский. С уходом дочери - и он стал причастным к человеческому горю... Давняя история, прочитанная когда-то у Макса Лукадо – стала ему теперь близкой и понятной. «Небольшое бразильское селение, скромный домик, мать и дочь... Муж Марии умер, когда их дочка, Кристина, была еще совсем маленькой. Много сил и времени отдала мать для дочери, ради нее – от многого отказалась... Кристине исполнилось пятнадцать лет, и она стала часто говорить о том, что мечтает уехать в город и сменить пыльное захолустье на красочную городскую жизнь. Видя незрелость и наивность дочери, мать всячески отговаривала ее от этой затеи.

Шло время... Проснувшись однажды утром, Мария с ужасом обнаружила то, чего всегда так боялась – дочери дома не было. «Я должна найти и вернуть ее!», - этот обет подсказало ей сердце... В тот же день, она села в автобус на Рио-де-Жанейро. Она понимала, что у дочери нет профессии, знала она и о ее упрямом характере. А ведь когда гордость встречается с нуждой и голодом, человек может пойти на то, о чем раньше и не помышлял... Мария обошла все бары, отели, ночные клубы, и везде оставляла... свою фотографию - прикрепляла на зеркалах в дамских комнатах, на досках объявлений в отелях, на телефонных будках. На обороте каждой фотографии было написано несколько слов... Деньги и фотографии вскоре закончились. Возвращаясь в свою деревушку - измученная женщина рыдала...

А несколькими неделями позже, ее дочь спускалась по лестнице одного из отелей. Лицо девушки выглядело усталым, боль и страх выражали глаза, радужные мечты превратились в кошмар. Реалии жизни – угнеталии ее... Как однажды написал Пушкин: «Я пережил свои желанья, я разлюбил свои мечты; остались мне одни страданья, плоды сердечной пустоты» (1821). Внутри ее сердца уже давно зрело покаянное желание - оставить эту «свободную» жизнь, вернуться домой, к матери. Однако ей казалось, что теперь это невозможно... Спускаясь по лестнице, Кристина взглядом отметила знакомое лицо. Посмотрела ещё раз... да, там, на зеркале вестибюля, была фотография ее мамы. Горло перехватило, пока она подошла и взяла маленькое фото... На обороте фотографии было написано: «Чтобы ты ни сделала, кем бы ты ни стала, это не имеет никакого значения. Пожалуйста, возвращайся домой!» И она пришла...

Горькая правда жизни состоит в том, что порой и дочери и сыновья - стремятся поскорее вырваться из дома, «свободную» жизнь испытать. Без родительского благословения, неопытные и наивные - начинают они свой путь во взрослую жизнь. Немало из них окунается в омут мнимой свободы... «Господи, молю, помилуй… Помилуй, Господи, никого не забудь... О, как же тяжко подниматься из ада душевных мук...» - он молился непрестанно, искал дочь, молился и ждал...

Она вернулась домой так же внезапно, как и ушла. В ночь, на Рождество, раздался осторожный стук в дверь. Этого стука, как чуда, как рождественского знамения – родители ждали давно, потому и не спали всю эту ночь, возвращения блудной дочери ожидали... Держа в своих объятиях и жену и дочь, он испытывал неведомое ему доселе таинственное чувство блаженства от семейного единения, от священной близости с родом своим. Это был самый дорогой рождественский подарок, который он когда-либо получал! И он не спрашивал, где она была и что делала...

Зато она рассказала, как неведомая Сила постоянно влекла ее обратно в отчий дом. И как эхо божественное - звучали в сознании слова матери: «Возвращайся! Я буду ждать... Слышишь... Я буду ждать!». И преодолел этот зов ее заболевшее сердце, и затосковало оно, и устремилось к родному дому... А в доме горел свет, и на дверях дома висела надпись, дрожащей рукой отца написанная: «Чтобы ты ни сделала, кем бы ты ни стала, это не имеет никакого значения. Пожалуйста, возвращайся домой!». И она возвратилась... Ведь разве может ребенок не откликнуться на вечный зов родительского сердца?

 

Иван Лещук, livan@usa.com